Цифровая составляющая стала основной в современном бизнесе, а не дополнительной и тем более не служебной — к такому выводу пришли аналитики IDC. Ситуацию рассматривают как дальнейшее развитие «цифровой трансформации» (DX), динамика которой активизирована как естественными процессами в экономике и ИТ, так и форс-мажорами двадцатых годов.

В происходящем есть своя логика

Процессы внедрения компьютеров в бизнес — от разработки и торговли до логистики и производства — проходили в четыре этапа. Три нам знакомы, а четвертым является Digital First.

Первым этапом принято считать «оцифровку», когда корпоративные пользователи информацию переносили с бумажных носителей в компьютеры. Например, амбарные книги или зарплатные ведомости стали вести не только на бумаге, но и в digital-формате. Однако оцифровка не изменяла структуры компании, бизнес-процессы, бизнес-модели и т. д., они оставались по сути «аналоговыми», просто получая цифровое «отражение».

Второй этап — «цифровизация», которая возможна при накоплении цифровых данных в количестве, достаточном для аналитики, на основании которой компании могут оптимизировать бизнес- и технологические процессы. Процессы изменений стало возможно моделировать, тестируя управленческие гипотезы в цифровой среде, что радикально снижает риск при выполнении изменений в физическом мире. На этом этапе бизнес становится все более data driven.

DX — третий этап, при котором происходит слияние операционной деятельности и цифровых технологий, а поэтому обеспечивается синергия инструментов из двух миров: цифрового и физического. В компаниях, которые окончательно становятся киберфизическими структурами, DX ведет к реорганизации ряда процессов как внутренних, так и предусматривающих взаимодействие с внешним миром: поставщиками, покупателями, партнерами, регуляторами, аудиторами и т. д. Эти изменения могут обеспечить бизнесу оптимизацию и конкурентные преимущества, приводя к значительному росту эффективности, что будет видно по ряду бизнес-показателей.

Классический пример — изменение в результате DX бизнес-модели у таксопарков. Компании либо прошли «цифровую трансформацию» — поменяв модель на «uber’образную» или, предположим, превратившись в каршеринг — либо были вынуждены навсегда уйти с рынка. Данный канонический пример стал показательным.

Digital First — это «DX сегодня»

Цифровые технологии достаточно быстро стали определяющими для эффективности операционной деятельности, что и отражено в концепции Digital First. Компании в первую очередь оптимизируют бизнес-процессы и софт, что является путем для достижения конкурентного превосходства или как минимум оптимизации и повышения эффективности. Физические активы все больше становятся «исполнительными механизмами», которые реализуют команды софта, определяемые бизнес-логикой.

Например, упомянутые таксопарки, разумеется, должны иметь в распоряжении парк чистых и исправных авто, оптимальных по стоимости владения, и штат качественных водителей. Но в современных условиях не получить конкурентное преимущество ни техобслуживанием, ни мойкой авто, ни традиционными методами HR по подбору и контролю персонала — все это элементы необходимые, но не достаточные. Нужна модификация и оптимизация софта, что позволит быстрее и эффективней работать с имеющимся ресурсом.

Например, анализ параметров вождения каждого водителя позволит определить его квалификацию и получить ответы на ряд актуальных вопросов (его лучше уволить, послать на курсы или перевести на обслуживание перевозок более высокого класса?). Данные пригодятся для скоринга (индивидуальной оценки страховых рисков), что позволяет оптимизировать условия страхования. Анализ позволит уточнить периодичность техобслуживания и сделает возможным проактивные реакции на возможные неисправности. Оптимизация мобильного клиента и серверной составляющей естественным образом позволит поднять степень удовлетворенности клиентов.

Аналогичные примеры можно привести с курьерскими службами, логистикой, агрокомплексами, ЖКХ, городскими районами, банками и сотнями других разноплановых структур, для которых оптимизация DX-составляющей также является первоочередной задачей, позволяющей оптимизировать бизнес, получить конкурентные преимущества, увеличить прибыль и т. д. Разумеется, это же справедливо для государственного и муниципального управления — тут тоже ограничены возможности, поэтому на первое место выходит софт для оптимального управления имеющимися ресурсами, что позволит повысить уровень жизни и степень удовлетворенности жителей.

А что на российском рынке?

Процессы перехода от DX к Digital First в российской реальности тоже идут, причем начались достаточно давно и протекают активно. Например, концепция «Тинькофф — технологическая компания с банковской лицензией» широко известна благодаря агрессивному маркетингу, это революционно звучало несколько лет назад, но сейчас выглядит естественно, причем применима практически для любого банка.

Рынок банковских услуг достаточно коммодизирован, что делает крайне проблемным создание прорывных сервисов, имеющих значимые «killer features». Чтобы оптимизировать имеющиеся ресурсы, банки активно создают и развивают ИТ-сервисы, на основе которых снижают себестоимость внутренних процессов и, более того, предлагают рынку собственные цифровые товары.

ример: анализ BigData, который стараниями российских банков стал доступен не только для крупных корпораций и федеральных сетей, но и для СМБ. Напомним, что «Платформа ОФД» — оператор фискальных данных (ОФД), ЭДО и электронной отчетности, входящая в экосистему «Сбера» — сделал аналитику на основе агрегированных данных рабочим инструментом для многих: функция «Сравнение с рынком», доступная в личном кабинете ОФД, дает клиентам онлайн-доступ к анализу рыночного окружения, а также возможность сравнения своих показателей с другими игроками рынка и т. д. Это только один из многих примеров грамотной диверсификации бизнеса, в результате которой банки получают выгоды от работы с данными, ИТ-сервисов и пр.

Заметим, что сказанное актуально для операторов связи, девелоперов и многих других структур, которые становятся ИТ-компаниями с лицензиями на предоставление коммуникационных услуг, на строительство и проч.

ИТ-компания?

Упомянутый «Тинькофф банк» был внесен 6 июня в реестр российских ИТ-компаний Минцифры, где ранее находились несколько дочерних структур, например, «Тинькофф центр разработки». Вчера, 1 августа, «Тинькофф банк» был исключен из реестра российских ИТ-компаний вместе с «Альфа-банком», «Сбербанком» и рядом других банковских структур (всего в списке исключенных 32 банка). Какое это имеет отношение к рассмотренному выше? Никакого.

В данном случае признание — или непризнание — бизнеса «ИТ-компанией» лишь некоторый формализм, который открывает доступ к ряду льгот, предоставляемых государством цифровому сектору национальной экономики. Льготы хороши и разнообразны — более того, их список расширяют! — но они требуют затрат, накладных для госбюджета, а поэтому не могут действовать на протяжении длительного времени.

Однако «Тинькофф» и другие банки, исключенные из списка Минцифры, а также страховые структуры (их только во вчерашнем списке 12) и другие бизнесы, хотя и утратили формальный статус и причитающиеся льготы, остаются ИТ-компаниями. А концепция Digital First продолжает быстрое развитие и повсеместное проникновение.

Автор: Александр Маляревский, внештатный обозреватель IT Channel News.

Источник: IT Channel News.